Быть или казаться
Февраль 03, 2010
О чем беспокоится каждый из нас, выходя из дому? Прежде всего о том, как он выглядит, какое впечатление производит на окружающих. Он беспокоится о внешнем виде. Не все озабочены тем, как они выглядят, скажете вы и будете правы.
Конечно, не все. Но все-таки большинство из нас. Дома мы можем ходить в неглиже, а выходя в люди, одеваемся; женщины делают макияж, обливают себя духами и т.д. Некоторым из нас для того, чтобы «привести себя в порядок» и показаться в свете требуется очень много времени. Мы заботимся о внешнем виде, об «имидже». В современном мире забота об имидже все больше превращается в самоцель и становится глобальной мировой тенденцией. Самое главное - это не быть, а казаться. И потому не важно, кто ты на самом деле есть, что у тебя в голове, какое у тебя сердце, душа, самое главное - это то, кем ты кажешься. Если ты производишь впечатление успешного человека, что предполагает ряд атрибутов: одежда, мобильный телефон, машина - то отношение к тебе соответственное. Полисмен подумает, прежде чем нахамить, нечистоплотный чиновник ласково улыбнется в предвкушении взятки, врач внимательно выслушает тебя. А если это не так, и человек не оставляет впечатления довольного собой и жизнью буржуа, то все будет с точностью наоборот. В этом нет ничего удивительного. Успешные люди привлекают. Удивительное, в другом. В том, что чем тщательнее продуман «имидж», тем меньше времени, энергии, средств остается на содержание. Закон Ломоносова - Лавуазье (как его назвали позднее) о сохранении массы и энергии в изложении Ломоносова в письме к Леонарду Эйлеру от 5 июля 1748 года звучит таким образом «Все встречающиеся в природе изменения происходят так, что если к чему-либо нечто прибавилось, то это отнимается у чего-то другого. Так, сколько материи прибавляется к какому-либо телу, столько же теряется у другого, сколько часов я затрачиваю на сон, столько же отнимаю от бодрствования, и т. д. Так как это всеобщий закон природы, то он распространяется и на правила движения: тело, которое своим толчком возбуждает другое к движению, столько же теряет от своего движения, сколько сообщает другому, им двинутому». То есть энергия, потраченная на внешнюю картинку, заберет энергию содержания. Этому почти не огорчаются, потому что оно, содержание, перестает кого-либо интересовать.
Образ, картинка может работать на разные цели. Можно придумать любой имидж. Своя роль в социуме- это тоже имидж. Трибун, оппозиционер, разбитная певица, сверхинтеллигентный писатель, честнейший правозащитник. Каждая из этих ролей требует совершенно конкретного внешнего оформления и даже определенного набора привычек. Примерив тот или иной имидж и убедившись, что эта социальная роль, «имидж в динамике» соответствует темпераменту, амбициям, человек срастается с созданным образом и перестает быть естественным. Он работает на образ. Он укладывается в прокрустово ложе имиджа и уже не может себе позволить быть собой. В Интернете на днях прочла заголовок: сенсационные фотографии Софии Ротару без макияжа. Что в этом сенсационного? Женщина без макияжа? Смешно, правда? Но не всем!
Одним из ярчайших примеров успешного имиджа является, на мой взгляд, образ Дориана Грея, так замечательно описанного Оскаром Уайльдом. Дориан Грей осуществил свою мечту, (правда, заплатив за это бессмертной душой) оставаться молодым и прекрасным. Глядя, на те безумные усилия, которые прикладывают звезды шоу бизнеса, для того, чтобы приблизиться к этой реализованной мечте Грея, мне кажется, что все они без колебаний согласились бы на это простое, практически виртуальное условие. Те, кто читал роман «Портрет Дориана Грея» знает, в какое чудовище на самом деле превратился с возрастом Грей, несмотря на внешность юноши.
Египетская царица Клеопатра, годы ее жизни 69 год до н. э. - 30 год до н.э, является символом женской красоты. Она вдохновляла и сегодня вдохновляет на создание произведений искусства, ее имя эксплуатируют в качестве бренда многие фирмы. Элизабет Тейлор в роли Клеопатры немало способствовала процветанию этого мифа. Увидев профиль царицы, выгравированный на монете того времени, я была очень удивлена. У Клеопатры восточный горбоносый профиль. Те из наших восточных красавиц, у кого такой же нос как у Клеопатры, вполне могут поворачиваться в профиль и утверждать, что похожи на великую египетскую царицу. Так почему же ее имя осталось в веках, как символ женской красоты. Может были другие каноны красоты? Возможно. Но у меня есть более простое объяснение. В то время, когда фотография не заменяла людям собственных глаз, в памяти людей оставался образ, персонаж, складывающийся из очень многих элементов. Образ царицы полифоничен, многогранен. Ее грация, манера одеваться (если говорить о внешности), ее улыбка, умение вести беседу, образованность и даже ее коварство и знание мужских слабостей, все из чего складывается неординарная женская личность, все что невозможно отобразить в застывшей картинке, позволили ей, несмотря на короткий жизненный путь, остаться в веках. О ней писали Вильям Шекспир, Бернард Шоу. Она притягивала к себе, и осталась в истории несравненной красавицей Клеопатрой, хотя наверняка в те же времена были принцессы с идеальными носами и кукольной внешностью.
Внешность мексиканской художницы Фриды Кало, родившейся в 1907 году, которую блестяще сыграла в фильме «Фрида» Сальма Хайек, также далека от идеала красоты. Фрида оставила нам много своих автопортретов. Есть ее фотографии. Возможностей для создания мифа еще меньше, чем в случае с египетской царицей. У Фриды брутальная, характерная внешность, лицо почти мужское, с густыми сросшимися бровями, к тому же она инвалид. Фрида болела в детстве полиомиелитом. В юности она попала в аварию и до самой ее смерти, настигшей ее в 47 лет, Фрида страдала от ужасных болей. Согласитесь, что Сальма очень далека по физическим данным от настоящий Фриды. Жизнь мексиканской художницы полная драматизма и страстей, ее личность, не вписывающаяся в рамки традиционной католической морали, продолжает волновать творческих людей.
Исполнить роли женщин, не являющихся эталоном красоты, с точки зрения современного гламурного взгляда на красоту доверили признанным красавицам Голливуда. В этом есть резон. Обыватель настолько привык к эталонным красоткам, к сложившемуся имиджу красавицы, что если бы вдруг нашелся смельчак, решивший приблизиться к истине и снять в главной роли актрису, похожую на оригинал, то подобный проект с треском бы провалился. Кстати, парадокс ремесла актера заключается в том, что он, в силу профессии, должен «казаться», а не «быть». В том случае, если у него какие то определенные роли получаются лучше других, и он кажется в них более естественным, то ему тут же определяют «амплуа», у него складывается определенный имидж, который с успехом эксплуатируют.
Обе дамы и Клеопатра и Фрида Кало позволяли себе жить своей сложной жизнью, а не казаться, не создавать имидж.
История современной красавицы принцессы Дианы, захотевшей в определенный момент своей жизни поломать сложившийся имидж примерной супруги, очаровательной невестки, закончилась трагически. Когда имидж становится второй кожей, избавится от него почти невозможно, это под силу лишь очень сильным людям.
Стремление к созданию совершенного имиджа породило новые профессии и способствовало развитию старых, в новом направлении. Профессии пластического хирурга, пиар менеджера стали одними из самых высокооплачиваемых и востребованных профессий в мире. Я полагаю, что в момент современного финансового кризиса эти профессии останутся популярными, поскольку желание «продать себя подороже» станет еще более актуальным. Как видите, процесс идет полным ходом. В нашей республике, это особенно заметно. Желание покрасоваться, «пустить пыль в глаза», свойственное многим южным темпераментным нациям, у нас приобрело невероятный характер, расцвело развесистой клюквой. Стоит только посмотреть на наши дороги, заполненные джипами, похожими на танки, на наши витрины бутиков, где мировые бренды продаются намного дороже, чем на родине этих брендов, на шпильки наших дам, на мобильники наших мужчин и станет ясно, что рекламный слоган «Имидж- ничто, жажда- все» не про нас. У нас имидж - все, а все остальное, в том числе и жажда - ничто!
Понятие имиджа настолько укоренилось в сознании людей, что охватило не только одушевленные, но и неодушевленные предметы, например, города.
Вспомним о больной для нашего города теме имиджа города, городского строительства. Изначально бесспорно позитивная идея создать имидж города современного, где, тем не менее, чтут традиции и любовно сохраняют прошлое, превратилась в абсурдное стремление сделать во что бы то ни стало «красиво». Фраза известного сатирика Аркадия Райкина «внутри «срендевекового» рыцаря труха, наши опилки» нам очень близка сегодня. Приходится с огорчением соглашаться с этим утверждением его комического персонажа, потому что внутри наших новостроек- голые стены, а внутри архитектурных отскобленных зданий, или заново одетых в красивые каменные одежды- старые престарые коммуникации, мокнущие от сырости стены, холод и разруха. Тот же самый Дориан Грей, в образе города.
Имидж идет по планете, ведомый за ручку глобализацией и очень скоро количество картинок - персонажей сократится до минимума. Стандартный набор имиджей будет одинаковым на всем пространстве, охваченном глобализацией, а что скрывается за этими привычными картинками, уже никого не будет волновать. Скучно и грустно. Замечу, что людей позволяющих себе «быть», а не «казаться» - меньшинство, но именно на их плечах, как на плечах атлантов, держится этот хрупкий мир.
Гюлюш Агамамедова
Kultura.Az
послать другу 
версия для печати
Альтернатива