Лачин и Лачинов…

Наследие

 

 
Лачинов Емельян Евдокимович был не одним из наиболее активных членов декабристского движения. Став членом Южного общества в последний год существования (1825, а по своим словам даже в последний месяц), он не успел выделиться чем-либо в движении. Потому и наказание понес сравнительно легкое – лишение прав и высылка рядовым в действующие батальоны на Кавказе.
 
Выделиться он успел по большей части на другом поприще – публицистическом. После себя он успел оставить огромное публицистическое наследие, в числе которых есть и описания нравов и характеров народов (кстати, персов и жителей Южного Азербайджана), статистические и исторические описания областей (Эривани, Карса и т.д.), статьи и т.д. В настоящее время его наследие не особо изучено, а некоторые его статьи до недавнего времени приписывались то Грибоедову, то другим крупным литераторам.
 
Вообще заниматься публицистикой он начал еще довольно рано с 1816-1817 годов. И фактором, который в какой-то степени заставил его начать писать, можно назвать, Азербайджан.
 
Как мы отметили, с Азербайджаном связывает этого декабриста не только фамилия, но и жизнь. Тут он успел побывать дважды. И в отличие от многих декабристов, он тут побывал по своей воле еще до ссылки. Первый визит сюда состоялся в 1816-1817 годах, когда его молодого офицера, ученика Московского училища колонновожатых, прикомандировали при посольстве с Ермоловым. Поначалу Ермолов даже отказывался принимать Лачинова, говоря, что «нам нужны не дети, а люди знающие свое дело». Но Е.Е. Лачинов не отчаялся и решил выполнить свое дело. В итоге, он даже понравился Ермолову и тот не исключил его из свиты.
 
Важным документом по описанию Азербайджана является как раз его «Дневник следования посольства», один из его первых публицистических трудов. 
 
Первоначально их дорога проходила по территории современной Грузии и Армении, но через практически месяц, они достигли Нахичевани. Тут их встретил сам хан Нахичеванский – Кербали-хан. Описание Нахичевани в дневнике составило места куда меньше описания Эривани. Вот что говорит автор:
 
«Нахичевань гораздо меньше Эривани. Местоположение хорошее, садов много. В городе есть башня, сажень в 20 вышины и около ворот с двумя колоннами той же высоты. По преданию ворота и башня построены Тамерланом». 
 
Кстати, тут заметна особенность автора, он практически в каждой своей заметке пытается обратить внимание на все памятники, которые попадались ему на пути, будь это крупная башня или мечеть, или же обыкновенная стена. Это связано с историческим интересом автора. Он постоянно пытался быть в контакте с местным населением и пытался узнавать все те или иные предания, которые были связаны с историей, Азербайджан, конечно же, не был исключением.
 
В продолжение дневника, он описывает путь по городам Южного Азербайджана, вплоть до Тебриза. В особенности интересны курьезы, которые происходили из-за визита Ермолова, когда последний ставил на один ранг своих офицеров и местных ханов. А последние по большей части были не привычны к такого рода вещам. Другим неинтересным для Лачинова фактом было то, что тут «невыносимо скучно». Хотя сам декабрист не играл в карты и не любил балы и вечера. Но даже для него местные развлечения, состоящие по большей части из курения кальяна и безделья, показалась скучной.
 
Ввиду такой скучной жизни в дневнике уделяется немало места описание транспортных коридоров. По мнению декабриста, именно дороги тут были развиты хорошо, в особенности большое количество мостов (тут он описывает мосты, построенные при шахе Аббасе I) и переездов.
 
Дальнейшее описание интересно с точки зрения мусульманских традиций и традиций приема гостей. В немалой степени персы и местные азербайджанцы оказывали уважение к русским, даже в некоторых вещах они потакали им и удовлетворяли многим прихотям русских.
 
10 сентября 1817 года Лачинов вместе с двумя другими (Ренненкампф и Войековым, впоследствии оба будут проходить по делу декабристов, правда, будут оправданы) был отправлен обратно по Карабахской дороге для того, чтобы описать ее. В Карабахе они опять столкнулись с местным гостеприимством, их кормили целый день, не позволяя самим тратить на еду, а потом они двинулись к Елизаветполю или нынешней Гяндже:
 
«Город невелик, крепость довольно обширная и в хорошем порядке. По выезде из Елизаветполя открывается шамхорский столп, замечательный толщиною своею при значительной высоте: окружность его основания имеет не более десяти шагов».
 
Это наверно, одно из последних описаний шамхорского столпа, который так и не дошел до нашего времени (обрушился в 40-х годах XIX века).
 
Следующий раз он уже побывал в Азербайджане в течение своей Кавказской ссылки. В тот период уже он не сумел более или менее обстоятельно узнать местность и хоть кое-как описать. Зато он оставил интересные сведения о «татарах», проживавших в Восточной Турции в своей книге «Моя исповедь» и в своих записках (изданных лишь в Советское время). 
 
Наряду с этим, немалый вклад в развитие он внес также посвятив свое время обстоятельному описанию жизни местных жителей в Эриванской области, где проживало немало азербайджанцев, а также некоторых отдельных регионов Казахской дистанции и Нахичевани. Поэтому с точки зрения описания жизни и быта азербайджанцев, изучение данного автора позволит расширить нам сведения о характерах и жизни наших недавних предков.
 
Т. Машаллы
 
Kultura.Az
 
Kultura.az | Developed by Samir Yahyazade